ЗДРАВОМЫСЛИЕ

Красный китай приростает Единой Россией, а теперь и Януковичем?

Когда экономический рост коммунистического Китая уже много лет подряд демонстри рует рекордные результаты, то у некоторых наших политических деятелей появляется соблазн призвать нас последовать по «китайскому пути развития». Поэтому давайте поговорим о китайцах. Китайцы — это народ, с которым у нас у быстро устанавливаются тесные отношения, и через торговлю, и через иммиграцию (нелегальную, в подавляющем большинстве), и которые столь успешно осваивают нашу Сибирь и Дальний Восток, что специалисты предсказывают сплошную «китаизацию» этих территорий через 50-100 лет и естественное присоединение их к Китаю . И должным образом кондиционированный официальной пропагандой лемминг (обыватель) даже скажет вам, что в этом абсолютно ничего нет плохого. Китайцы, в конце концов, точно такие же, как и мы, за исключением, что они говорят на другом языке, немного темнее, и у них раскосые глаза. Своим присутствием в России они обогатят нашу культуру и экономику. 

Но, на самом деле, они не вполне похожи на нас. У них другие обычаи, берущие начало из другого взгляда на мир, другого отношения к жизни, и это другое отношение формировалось на протяжении тысяч поколений, живших в условиях, отличавшихся от тех, в которых жили наши предки. Например, китайцы едят младенцев и ничего не видят в этом плохого. А то, что они делают с кошками и собаками, это гораздо хуже, чем просто их есть. Но об этом ниже, а сейчас вернемся к младенцам. Для современной ядерной сверхдержавы, у китайцев очень странные понятия о здоровье. Эти понятия уже почти стерли с лица земли ряд видов диких животных из-за ненасытного спроса китайцев на их органы, считающих, что растертый рог носорога усиливает половое чувство, а половые органы тигра повышают потенцию. Рог носорога пользуется у них таким спросом, что это поставило носорогов на грань исчезновения. Такого же рода спрос имеется на половые члены тигров и различные части медведей, что также поставило тигров Дальнего Востока на грань исчезновения. 

Человеческих младенцев труднее достать для еды, и я полагаю, что в Китае есть законы касательно убийства младенцев для этой цели. Но похоже там нет закона против употребления в пищу абортирован ных человеческих утробных плодов и выкидышей. Ряд госпиталей, проводящих аборты, продает абортированные утробные плоды для еды. Небольшие утробные плоды варятся для супа. Поздние утробные плоды употребляются в пищу подобно жареным молочным поросятам. Понятно, что китайское правительство проявило бы некоторую неловкость, если бы российские журналисты написали о такого рода вещах, или сняли бы фильм о том, что китайцы делают с кошками и собаками. Но оно напрасно безпокоится: российские журналисты понимают, что публиковать подобную информацию никоим образом нельзя; это отрицательно отразилось бы на общественном энтузиазме к более близкому сближению с китайцами. 

Несмотря на усилия обеих сторон не допустить, чтобы эти специфические обычаи китайцев стали известными в России, для настойчивого искателя информация имеется. В нашей статье приведены фотографии, снятые в ресторане в Китае; на этих фотографиях изображен китаец, поедающий отчетливо различимый поздний человеческий утробный плод. Для меня эти фотографии шокирующие и отвратительны, и думаю, что они также будут шокирующими и отвратительными для среднего российского лемминга. Разумеется, они не будут шокирующи ми для китайцев. Употреблять в пищу утробные плоды для них является не более странным, чем, скажем, для француза есть улитки в чесночном соусе. 

Значение этого обычая китайцев есть утробные плоды – даже если это пока могут позволить себе лишь состоятель ные китайцы,— является гораздо большим, нежели простое различие между нами и китайцами в отношении кулинарных склонностей или в понятии того, что является полезным для здоровья. Общество которое не видит ничего особенного в употреблении в пищу младенцев, раса, которая считает эту привычку приемлемой, глубочайшим образом отличается от нас. Эти различия лежат гораздо глубже, чем язык, цвет кожи или черты лица. 

Я не ненавижу китайцев за то, что они относятся к желтой расе. Я не ненавижу их за то, что они отличаются от нас. Я даже не ненавижу их за то, что они не видят ничего особенного в употреблении в пищу абортированных детей. Это их дело. Мне не безразлично, что они делают с кошками и собаками, и если бы это было в моей власти, я бы депопулировал Китай, чтобы положить этому конец. Но мне все равно, если они хотят есть китайские утробные плоды – до тех пор пока они это делают в Китае, а не здесь, в России. Но они будут это делать здесь, если мы позволим продолжаться преступному безумию ползучей китайской иммиграции, юдо-демократии и мультикультурализма. Если есть спрос, то организованная преступность организует и предложение. Ежегодно в России производит ся 4,5 млн. абортов (2000г.) Когда, с одной стороны, ежегодно миллионы русских младенцев вырезаются в утробе матери, а с другой стороны, имеются миллионы китайских «гурманов», желают потреблять их, то рынок человеческих зародышей налицо. И это будут делать не только китайцы. Подумайте, как сильно изменились традиции и моральные устои русских под влиянием инородцев. 

Я не хочу сказать, что если в Россию приедет достаточное количество китайцев, то мы все начнём есть младенцев. Я полагаю, что большинство из нас, даже из числа наших леммингов, сохранит инстинктивный блок против такого сорта вещей. Но китайцы, тем не менее, изменят нашу культуру. Более существенно, они изменят наше отношение, нашу нравствен ность. Если у нас в России будет много китайцев, кушающих утробные плоды, то вы можете держать пари на свой последний рубль, что всякий русский, который публично выразит свое отвращение, свое неодобрение этой привычкой, будет осужден нашими еврейскими СМИ знакомыми ярлыками, такими как «ксенофоб», «расист», «фашист», «нацист», «разжигающий национальную и расовую рознь» и т. п. Христианские священники будут призывать к большей терпимости. Прокуроры с политическими амбициями и милицейские чины объявят в медиа, что они изучают возможность заведения уголовных дел по пресловутой ст. 282 (благополучно перекочевавшей из арсенала юдо-коммунизма в арсенал юдо-демократии, что лишний раз подчеркивает преемственность этих двух фаз сионизма) против русских, посмевших выразить свое отношение. 

Вы знаете, что это произойдет, поскольку так всегда происходило на других стадиях процесса по сионизации России. Лемминги приспособятся к этому так же, как лягушки в котле над огнём приспосабливаются к повышающейся температуре воды. Но в данное время мысль об употреблении детей в пищу все ещё будет шокировать российских леммингов, так же, как будет шокирована лягушка, если взять её из котла с холодной водой и бросить в котел с кипящей водой. 

На фотографии, приведенной в нашей статье, изображен китаец в ресторане в Китае, несущий поднос с большим, поздним человеческим утробным плодом. На другой фотографии показано как он сидит за столом и ест расчленённый плод. Голова плода все ещё прикреплена к туловищу, и все черты ясно различимы. Это страшные, шокирующие, отвратительные фотографии. 

Я хочу ещё раз подчеркнуть: я не ненавижу китайцев за то, что некоторые из них едят детей, а остальные считают это нормальным. Я не ненавижу негров или азербайджанцев за то, что я считаю отвратитель ными некоторые вещи, которые они делают в Африке и Азербайджане. Это их дело — до тех пор, пока они остаются соответственно в Китае, Африке или Азербайджане. Я всего лишь не хочу, чтобы они были здесь, в России. Я не хочу видеть их. Я не хочу слышать их. Я не хочу чувствовать их запаха. Я не хочу слышать, как либералы и евреи придумывают оправдания для них. Я даже не хочу думать о них. 

Выше мы отметили, что то, что китайцы делают с кошками и собаками, гораздо хуже, чем просто их есть. Некоторые читатели могут спросить: «Что же китайцы могут делать с кошками и собаками, что является худшим, чем их есть?». Худшим является то, как китайцы обращаются с кошками и собаками до и во время их умерщвления с целью использования в пищу - а также до и во время того, когда с них сдирают шкуру из-за их меха. Тот факт, что есть русские люди, которые жестоки, безсердечны и безразлич ны к страданиям животных, однако, не означает, что в этом отношении мы такие же, как и китайцы. Есть существенные различия. В целом можно сказать, что среди китайцев и других азиатов совершенно отсутствуют какие бы то ни было чувства по отношению к животным. Для китайца, животное есть просто объект, который может иметь или не иметь экономической полезности (недаром китайцев называют «желтыми евреями»). Если оно имеет экономическую полезность, тогда его нужно использовать любым способом для извлечения прибыли или выгоды. 

Кроме этой общей неспособности сочувствовать животным, китайцы обладают своеобразными кулинарными привычками и своеобразными понятиями касательно диеты. Следствием является то, что с кошками и собаками, предназначенными на съедение или с которых надо содрать шкуру для меха, обращаются немыслимо безчеловечным образом. Кошек, перед тем как содрать с них шкуру, обычно удушают или топят с тем, чтобы не повредить мех. С некоторых собак, которые не в состоянии, подобно кошкам, когтями нанести вред своим мучителям, шкуру сдирают живьем. Среди китайских гурманов существует своеобразное мнение, что чем более мучительной смертью умирает животное, тем более сочным и нежным будет его мясо. Поэтому, чтобы сделать клиенту приятное, собаку или кошку отбирают из клетки в ресторане, приносят её на кухню и там предварительно ломают ей все кости и позвоночник перед тем как окончательно убить животное. А клиент, сидящий за столом в ожидании своего блюда, может наслаждаться кошмарными звуками агонии, доносящимися из кухни. 

На веб-сайте Гуманного общества (Общество защиты животных) США есть много очень неприятной информации о такого рода вещах. Адрес сайта hsus.org. Гуманное общество даже послало в Китай негласных расследователей с видео камерами, чтобы снять там некоторые из страшных вещей, которые совершаются над кошками и собаками. 

Что касается доказательств всего сказанного, то по этому вопросу существует много свидетельств, но языковые различия наряду с характерной китайской подозрительностью к чужим, действительно представляют определенные трудности в сборе свидетельств. По этой причине мы ограничим наши свидетельства китайским источником на английском языке, гонконгской газетой Истэрн Экспресс (Eastern Express). Все приводимые выдержки взяты из длинной статьи, появившейся 12 апреля 1995г. выпуска Истэрн Экспресс. Репортер газеты посетил несколько клиник в континентальном Китае, ища абортированные утробные плоды для еды, и обнаружил, что они свободно предлагаются. Цитата из Истэрн Экспресс: 

Сообщения, что мёртвые зародыши используются в качестве дополнения к диете, начали распространяться в начале прошлого года с сообщений, что врачи в клиниках в Шеньдзяне (Shenzhen) едят мёртвые утробные плоды, после проведения абортов. Врачи защищали свои действия, утверждая, что зародыши полезны для состояния кожи и общего здоровья. 

Вскоре в городе уже говорили, что врачи в городе рекомендуют утробные плоды в качестве укрепляющего средства. По сообщениям, уборщицы в клинике устраивали потасовки друг с другом за право взять домой ценные человеческие остатки. В прошлом месяце репортеры из Ист Уик (East Week)-филиала Истэрн Экспресс-отправились в Шеньдзян, чтобы проверить слухи. 7 марта репортер пришёл в государственный Центр Здоровья для женщин и детей Шеньдзяна и притворившись больным, попросил у врача утробный плод. Врач сказала, что в их отделении они кончились и просила прийти в другой раз. 

На следующий день репортер пришёл к обеденному перерыву. Когда врач наконец вышла из операционной комнаты, в руках у нее была стеклянная бутыль, набитая зародышами размером с большой палец. Врач сказала: «Здесь 10 плодов, все абортированы сегодня утром. Можете взять их. Мы государственная клиника и отдаём их безплатно.»... 
 

 
На фото вверху: Китаец несёт на подносе человеческий утробный плод.

 
Внизу: Тот же самый китаец поедает утробный плод. Оба снимка сделаны в ресторане в Китае. 
 

Репортер выяснил, что в настоящее время утробные плоды идут по цене 10 долларов за штуку, но когда предложение товара недостаточно, цена могла возрасти до 20 долларов. Но эти деньги-гроши, по сравнению с ценами в частных клиниках, которые, как сообщается, делают на утробных плодах большие деньги. В клинике на улице Бонг Мен Лао за один зародыш запрашивают 300 долларов. Директором клиники является человек примерно 60-ти лет. Когда он увидел недомогающего репортера, он предложил ему 9-месячные утробные плоды, которые, как он утверждал, обладают наилучшими лечебными свойствами. Когда женщину-врач по имени Янг... из клиники Син Хуа спросили, являются ли утробные плоды съедобными, она горячо заявила: «Ну, разумеется. Они даже лучше, чем плацента. Они могут сделать вашу кожу более гладкой, ваше тело крепче, и они полезны для почек. Когда я была в военном госпитале провинции Джиангти (Jiangti), то часто приносила зародыши домой.»... 

Некий г-н Ченг из Гонконга заявляет, что он ел суп из утробных плодов в течение более шести месяцев. Ему за 40, и ему часто приходится совершать поездки в Шеньдзян по делам. С утробными плодами его познакомили друзья. Он говорит, что познакомился с рядом профессоров и врачей в государственных больницах, которые помогли с покупкой зародышей. «Сначала я чувствовал себя неловко, но врачи сказали мне, что вещества, содержащиеся в утробных плодах, помогут мне избавиться от астмы. Я начал принимать их, и постепенно астма исчезла», – сказал Ченг... 

Зоу Кин, 32-летняя женщина с прекрасной кожей для своих лет, приписывает свой хорошо сохранившийся вид диете из зародышей. Будучи врачом в клинике Лун Ху, Зоу сделала аборты нескольким сот пациенток. Она считает, что зародыши очень питательны, и утверждает, за последние шесть месяцев она съела более 100. Она достает образчик утробного плода перед репортером и объясняет критерии отбора. «Обычно, люди предпочитают утробные плоды молодых женщин; лучший утробный плод для еды – это мальчик-первенец. Они безполезно пропадут, если мы не съедим их. Женщинам, которым мы делаем аборты, не нужны эти зародыши. Кроме того, зародыши уже мертвы, когда мы съедаем их. Мы не делаем аборты только ради того, чтобы есть зародыши...» 

Д-р Уоррен Ли, президент Ассоциации Питания Гонконга, осведомлен об этих малоприятных слухах. «Употребление в пищу утробных плодов – это разновидность традиционной китайской медицины, и имеет глубокие корни в китайском фольклоре...», – говорит он. 

В статье от 12 апреля 1995г. из Истэрн Экспресс, газеты, выходящей на английском языке в Гонконге, имеется ещё много другой информации. Если этого вам ещё не достаточно, можете сами попробовать порыться в китайском фольклоре. Как сказал этот человек, употребление в пищу утробных плодов имеет глубокие корни в китайской традиции. 

С. Сергеев. (По материалам Национального Альянса)